*По мнению Министерства юстиции Российской Федерации Настоящий материал (информация) произведен, распространен и (или) направлен иностранным агентом Лекмановым Олегом Андершановичем либо касается деятельности иностранного агента Лекманова Олега Андершановича.
Владимиру Березину
Одна из главных и увлекательных задач для филолога, берущегося говорить о том или ином тексте, — попробовать прояснить этот текст, сделать его понятным для читателя. При этом каждый текст сам подсказывает способ прояснения, нужно только не торопиться и правильно понять подсказку.
Попробую проиллюстрировать эти нехитрые соображения конкретным примером. Речь пойдет о коротком и темном стихотворении Александра Ерёменко (1950—2021) «Реплика в полемике», вошедшем в его маленькую книжечку «Добавление к сопромату», изданную в библиотеке журнала «Огонек» в 1990 году:
Сестры, память и трезвость,
когда бы я знал вашу мать,
я бы вычислил вас ни с того, так с другого конца.
Впрочем, что тут, действительно,
думать и копья ломать?
Мы же знаем отца1Ерёменко А. Добавление к сопромату. М., 1990. С. 17..
Вопрос, неизбежно возникающий у читателя стихотворения: о каком «отце» говорится в последней строке?
В поисках подсказки любой хоть сколько-нибудь квалифицированный читатель первым делом обратится к стихотворению Осипа Мандельштама 1920 года, чью начальную строку Ерёменко перефразирует в зачине:
Сестры тяжесть и нежность, одинаковы ваши приметы.
Медуницы и осы тяжелую розу сосут.
Человек умирает. Песок остывает согретый,
И вчерашнее солнце на черных носилках несут.
Ах, тяжелые соты и нежные сети,
Легче камень поднять, чем имя твое повторить!
У меня остается одна забота на свете:
Золотая забота, как времени бремя избыть.
Словно темную воду, я пью помутившийся воздух.
Время вспахано плугом, и роза землею была.
В медленном водовороте тяжелые, нежные розы,
Розы тяжесть и нежность в двойные венки заплела2Мандельштам О. Сочинения: в 2 т. Т. 1. М., 1990. С. 126.!
Однако мандельштамовское стихотворение в данном случае прямых подсказок нам не дает, во всяком случае, я их не вижу. По-видимому, первая строка стихотворения послужила для Ерёменко поводом лишь для того, чтобы задать себе и читателям логичный и ернический вопрос: если два абстрактных понятия («тяжесть» и «нежность»; «трезвость» и «память») — «сестры», то должны же у них быть мать и отец, и кто эти мать и отец?
Зато подсказки предлагает ближний контекст, в который стихотворение «Сестры, память и трезвость…» помещено в книге «Добавление к сопромату», а также в еще одном сборнике стихотворений Ерёменко — «Горизонтальная страна» 1999 года. В «Добавлении к сопромату» стихотворение «Сестры, память и трезвость…» соседствует со стихотворением «О чем базарите, квасные патриоты?..»3Ерёменко А. Добавление к сопромату. М., 1990. С. 16–17., а за несколько страниц до этого стихотворения размещены «Стихи о сухом законе, посвященные свердловскому рок-клубу»4Там же. С. 7–9.. В «Горизонтальной стране» непосредственно перед стихотворением «Сестры, память и трезвость…» напечатано стихотворение «По следам Есенина»:
Если крикнет рать святая:
— Кинь ты Русь, живи в раю
я скажу: — Не надо рая,
дайте родину мою.
Если скажет голос свыше:
— Кинь ты Русь, живи в раю
я скажу: — Не надо, Миша,
дайте родину мою5Ерёменко А. Горизонтальная страна. Стихотворения. СПб., 1999. С. 120..
«Миша» в стихотворении «По следам Есенина» — это без сомнения Михаил Сергеевич Горбачёв, который выступает и в роли руководителя советского государства (есенинской «Руси», которую он пытается преобразовать в «рай»), и в роли Бога-Отца6По-видимому, в стихотворении обыгрывается и уменьшительная форма имени жены Горбачева.. Отсюда в стихотворении наречие «свыше», намекающее и на земную, и на небесную власть.
Я полагаю, что и в последней строке стихотворения «Сестры, память и трезвость…» подразумевается Горбачёв — отец трезвости, то есть инициатор антиалкогольной кампании, которая развернулась в СССР с 1985 по 1990 год.
Но почему Горбачёв предстает в стихотворении Ерёменко отцом не только трезвости, но и памяти? Скорее всего, в данном случае мы имеем дело с шуткой и семантическим наложением. Ведь первая строка стихотворения «Сестры, память и трезвость…», как кажется, содержит намек не только на естественную связь памяти и трезвости (вспомним устойчивое словосочетание «в трезвой памяти и здравом уме»), но и на печально известное «историко-патриотическое» общество «Память», одной из провозглашенных целей которого было спасти бедный русский народ от поголовного пьянства, насаждаемого евреями-масонами. Напомню, что это общество возникло «в конце 1985 г. на базе радикальной части добровольного общества борьбы за трезвость»7Савенко Е. Н. На пути к свободе слова. Очерки истории самиздата Сибири. Новосибирск, 2008. С. 108.. Именно на сочетание в идеологической программе «Памяти» антисемитизма и призывов к трезвости Ерёменко указывает в финале стихотворения «О чем базарите, квасные патриоты?..» (курсив в цитате мой. — О. Л.):
Но как бы вас масоны ни споили,
я верю, что в обиду вас не даст
Калашников, Суворов, Джугашвили,
Курт Воннегут,
вельвет и «адидас»8Ерёменко А. Добавление к сопромату. М., 1990. С. 17.!
Если моя гипотеза верна, то обвинение либерала Горбачёва в потворстве обществу «Память» было со стороны Ерёменко весьма изощренным оскорблением, на которое он, тогдашний пламенный сторонник Бориса Ельцина, по-видимому, решился вполне сознательно.
Таким образом, стихотворение «Сестры, память и трезвость…» можно интерпретировать как весьма актуальную для конца 1980-х годов «реплику в полемике» об уместности антиалкогольной кампании. Прямым следствием этой полемики стало постановление Совета министров СССР № 724 от 24 июля 1990 года, отменившее формальный запрет на продажу алкоголя населению до двух часов дня.
- Ерёменко А. Добавление к сопромату. М., 1990. С. 17. ↑
- Мандельштам О. Сочинения: в 2 т. Т. 1. М., 1990. С. 126. ↑
- Ерёменко А. Добавление к сопромату. М., 1990. С. 16–17. ↑
- Там же. С. 7–9. ↑
- Ерёменко А. Горизонтальная страна. Стихотворения. СПб., 1999. С. 120. ↑
- По-видимому, в стихотворении обыгрывается и уменьшительная форма имени жены Горбачева. ↑
- Савенко Е. Н. На пути к свободе слова. Очерки истории самиздата Сибири. Новосибирск, 2008. С. 108. ↑
- Ерёменко А. Добавление к сопромату. М., 1990. С. 17. ↑