***
коридор, куда впаяно светом самим,
как кино, и мигает как лампочка
как под небом, куда поднимается дым, —
и проходит по крови, как бабочка.
и проходит туда, куда тянется дым,
и не видно погоды на завтра, —
потому ухожу я под ветром ночным,
как в песке, — в этом шорохе спрятан.
(потому что — куда я уйду —
там на шепот уже переходят.
потому что и в этом аду
есть что-то стеснения вроде)
как под ветром ночным — куда тянется дым.
хлопнет дверь в темноте коридора,
будто не было — так и покажется им —
между мной и тобой разговора.
***
темный свет идет по коридору,
как из горла бьет из под земли.
кто-то отодвинул ночь, как штору.
люди все оставили, ушли.
где песок как память заметает
небу приоткрытые глаза —
слезы на мгновение съедают
то, что потерять уже нельзя.
***
как смеется небо надо мною,
как не видят ничего глаза.
дай я выйду на минуту — дверь закрою.
повторяешь, — повторяй за мною
то, что повторять за мной нельзя.
здесь песок и небо голубое
и короткий приговор конвоя.
ночи, проведенные не нами,
и звезда, как смерть моя в исламе.
***
белые халаты, черные колготки.
так тепло, как будто кровь берут.
спят уже солдаты. в сад открыты окна
и часы идут.
слышно как сестра идет по коридору.
и тепло внутри, как будто кровь.
ветер прекращает на ночь разговоры,
уводя за стуком каблуков.
***
и слетают капли красные как маки
красные как мака лепестки.
кровь не осторожна, и не видит знаки —
смерть, зарытая в пески.
приходи сюда когда-то в синий полдень.
приходи — уже опустошен.
как старик какой-то, — только ветер помнит
целый мир, но он уже сожжен.
***
плачет как черные цветы ислама,
бьет из подвала как черная кровь.
если это не любовь — что скажешь, мама —
что такое любовь.
мать лицо платком закрывает.
мать лицом холодна.
что такое любовь я не знаю
я знаю, что такое война.
—
значит, будет утро с цветами мака,
будет ночь с печатями на глазах.
значит, ночь сгорит как бумага,
и не проснешься от страха
с ее именем на губах.
и цветок огня в ожидании ночи
закроет свои глаза.
и слеза, хоть говорить не хочет,
что-то скажет слеза.
***
Хорошо родиться именно богатым,
хорошо родиться именно счастливым.
Осень постучит в ворота сада,
чтоб я снова вышел в сад красивым.
Хорошо, когда даётся много,
хорошо, когда легко даётся.
Выйти в сад, где осень и дорога —
только дверь никак не поддается.
***
Это, когда знаешь наверняка,
Что дальше уже не пройти герою.
Когда шум крови заглушает река,
вдоль которой я бегу за тобою.
Когда двери захлопываются одна за другою.
Когда уже не дрогнет рука.
Когда вспышкой глаза обожгла
смерть, пройдя стороною.
Когда свет опрокидывает вода,
и дальше по коридору —
ты бежишь за мною тогда,
думая, что это игра,
и кто-то стоит за этой игрою.
Это, когда поезд уходит в ночь, —
когда вся жизнь пролетает перед глазами.
Это, когда уже не помочь.
Спи, — я тебе не хозяин.
***
Лес, пропахший мокрой шерстью.
Ходит по округе ветер злой.
От солдата никаких известий.
Все засыпало землёй.
Подожди, — и будет-будет время, —
я опять живым тебе приснюсь.
Мама-мама, проклятого всеми
только смерть и пробует на вкус.
Где твой дом — спросили, — я не местный.
Неизвестный, неизвестный, неизвестный.
***
вот и все, и вышли мы на воздух —
за спиной остался волчий край,
где в немом оцепененье звезды
ртом холодным ловит вертухай.
ну давай прощаться будем что ли,
поезда промокшие стоят.
встретимся, когда не будет боли,
боли, о какой не говорят.
разве только где-то оговоркой,
разве только где-то — где-то только
слишком близко к небу подойдя
сразу после этого дождя
***
реки в небо открыты,
над землёй поднимается дым.
мама, где мы зарыты.
ничего не рассказывай им.
ничего ничего ничего не рассказывай им.
будет дом свой отдельный,
много хлеба для женщин с детьми.
будто бы осознав этот ужас бесцельный,
кто — то хлопнет дверьми.
реку в небо открыли,
на восток повели поезда
все, что мы им простили —
то и ты им прости навсегда.
навсегда навсегда навсегда